Несмотря на влиятельность Бетанкура, было принято предложение Мартоса. Уже в июне 1825 года Мартос отправляет в Министерство внутренних дел проект и описание обелиска, который предполагал исполнить из финского гранита «на манер египетских».

На проекте, кроме подписи Мартоса, стоит и подпись Мельникова. Мартос так объясняет это обстоятельство: «Считаю долгом моим донести до сведения Вашего высокопревосходительства, что поелику составление сего проекта как совершенно архитектурного произведения не могло быть исполнено одним мною, то я пригласил к тому известного профессора архитектуры, служащего в Строительном комитете управляемого Вами министерства, к которому я прибегал во всех случаях, когда должно было соединить архитектуру со скульптурою в памятниках, мною произведенных. Все пьедесталы важнейших моих произведений, как, например, памятник гражданину Минину и князю Пожарскому в Москве, Бюст государя-императора в Биржевом зале и прочих сделаны по чертежам сего уважения достойного художника... Если представляемый мною проект удостоится Высочайшего утверждения, то не благоугодно ли будет Вашему высокопревосходительству произведение обелиска возложить на Мельникова, который в отношении к подробностям и шаблонам конечно ничего не упустит, чтобы памятник сей чистотою вкуса и красотою целого и частей соответствовал предмету своему и важному назначению»55. В этих словах слышно глубокое уважение великого ваятеля к Мельникову, признание его опыта и знаний.

Кроме того, Мартос, которому уже исполнилось 73 года, действительно нуждался в помощнике. Сооружение памятника требовало массы энергии по организации и контролю работ, что уже было не под силу престарелому скульптору. Нетрудно заметить, что проект исполнен рукою Мельникова и только подписан Мартосом.

После утверждения проекта, которое состоялось 31 октября 1825 года, Мельникову предстояла большая работа по его реализации. В декабре 1825 года он отправляется в Нижний Новгород для «обозрения места». Там Мельников организовал торжественную закладку монумента и распорядился о заготовке материалов для фундамента. Еще до этой поездки архитектор позаботился о розыске под Выборгом нужного для обелиска гранитного монолита.